Преследуя тень [Дилогия] - Юлия Вернер

увидеть то, что сидело на моей груди. Ведь я чувствовала всеми клеточками тела, что ничего хорошего я там не увижу. 

Мысль о кошке уже точно отпадала. Кошки так себя не ведут. 

Внезапно я почувствовала, как мою шею начали сжимать, в попытке задушить. И мне действительно стало не хватать воздуха. 

Я не могла пошевелиться, не могла вздохнуть полной грудью, кажется, меня таким оригинальным способом пытались убить. 

Распахнув глаза, я увидела небольшой темный комочек, который продолжал сидеть на моей груди и душить меня. 

Тело не двигалось. 

Если я сейчас что-нибудь не сделаю — будет очень плохо. Вильгельм придет меня будить и обнаружит мой окоченевший труп в его черной футболке, на котором даже белья нет! Нет, так не пойдет. 

Не без труда подняв руки, я вцепилась в этот темный комочек, который, к тому же, оказался шерстяным, и откинула его от себя. 

Я закашляла, но дышать сразу стало легче.

— Вильгельм! — крик больше напоминал утиное кряканье, чем голос испуганной девушки. Но это лучше, чем вообще ничего. 

Мужчина ворвался в мою комнату буквально через 20 секунд и включил свет, который осветил утонувшую до этого в темноте комнату. 

Я подскочила и села на кровати, оглядываясь по сторонам. 

Кроме нас двоих здесь никого не было. Вообще. Ни придуманной кошки, ни какого-то там темного комочка.

Паника продолжала наступать мне на горло, и я всхлипнула, прижимая к себе голые колени.

— Почему ты кричала? — Вильгельм в одних лишь штанах стоял в дверях и хмуро смотрел на меня. 

— Здесь кто-то был… — проговорила, пытаясь успокоиться и не расплакаться окончательно. 

— Кто?

— Кто-то душил меня, — я коснулась шеи и из глаз всё-таки брызнули слёзы. 

Лицо Вильгельма стало каменным. Кажется, он не верил ни единому моему слову. 

— Может, приснилось?

— Нет! — воскликнула на эмоциях, но поспешила сбавить обороты. — Мне не приснилось! Здесь что-то было! Клянусь!

— Ладно. Уже все нормально. Ложись спать, — брюнет потянулся к выключателю, собираясь погасить свет.

— Не оставляй меня! — получилось слишком эмоционально, истерично, я бы сказала, но на Вильгельма подействовало.

— Что ты предлагаешь? — обреченно вздохнул он.

— Я боюсь здесь спать одна, — прошептала. 

Мужчина какое-то время смотрел на меня, а желваки на его лице виднелись все чётче. Наконец он отошёл от двери и подошёл ко мне, забирая одеяло. 

— Идём. Поспишь в моей комнате.

— В твоей? А где будешь спать ты? 

Псих прижал к груди одеяло и приподнял бровь. 

— Там же, где и ты. 

Я скривилась. 

Даже не знаю, что лучше — спать в одной комнате с этим ненормальным, у которого в доме по ночам твориться чертовщина, или спать в комнате одной и пугаться каждого шороха…

— Ладно, — я вскочила с кровати, натягивая мужскую футболку ниже задницы, ведь кроме нее на мне ничего больше не было. — Согласна. 

Приплевшись в спальню, которая находилась в конце коридора, мне указали на большую двуспальную кровать, на которую я без угрызения совести и забралась. Да вот я не рассчитывала, что псих ляжет рядом, благо, под другим одеялом. 

Было неуютно, зная, что на расстоянии вытянутой руки лежит полураздетый взрослый мужчина, который снимал меня «на панели».

Кстати об этом. 

— Вильгельм?

Я надеялась, что он уже спит крепким сном и не ответит мне, но ошиблась. 

— Что? — услышала уставшее. 

Сразу стало как-то стыдно, но на попятную идти не хотелось. 

— Почему ты выгнал меня, тогда, в гостинице?

Мужчина обернулся ко мне.

— Действительно хочешь обсудить это, лёжа со мной в одной постели? 

Щеки загорелись. 

— Да, хочу, — с вызовом сказала. 

Если он пытается меня смутить — у него это хорошо получается, только я упрямая и без боя не сдамся. 

— Не захотел тебя портить, — сказал так, будто сделал одолжение. 

— То есть? — не поняла.

— По тебе было видно, что ты неопытная девственница. 

Я фыркнула. Тоже мне, святоша. 

— Что ты вообще там делала?

Я открыла рот и тут же закрыла. Открывать секреты незнакомому человеку не хотелось. Кто знает, может он вернет меня обратно в детский дом, а потом они вместе с директором дружно посмеются надо мной. 

— Не важно, — буркнула, поворачиваясь на бок. — Просто нужны были деньги. 

Мы оба молчали. 

Я уже решила, что на этом мы и закончили, когда Вильгельм заговорил снова. 

— Ты хотела сбежать. 

По коже пробежали мурашки.

— Откуда ты знаешь? 

— По тебе видно. Ты своенравная и непокорная. 

— Я не такая, — перебила.

— Мне лучше знать.

Я поджала губы. 

Раз уж у нас тут такой прекрасный и душевный разговор, то стоит попытаться узнать то, что у меня никак не получалось.

— Что я здесь делаю? 

Тишина. 

Показалось, что я снова не получу ответа, но примерно через минуту, Вильгельм заговорил. 

— Считай, что я взял над тобой опеку. 

Что? 

Я поднялась и села, опираясь спиной о спинку кровати. 

— Допустим, я так считаю, — я нахмурила брови, созерцая